Среда, 17 Февраль 2016 16:00

Снос ларьков как срез эпох

Резонансное мероприятие столичной администрации, наделавшее много шуму, на мой, взгляд, является ярчайшим отражением современной России. Здесь есть практически всё, что нужно знать о нашем государстве и обществе.

Напомню суть произошедшего: 9 февраля, ночью, в Москве прошел массовый снос ларьков и павильонов. В спецоперации – иначе это и не назовёшь – принимали участие тракторы, экскаваторы, милиция. «Ночь длинных ковшей», как её уже окрестили острословы, сопровождалась массой конфликтов. Недовольных и протестовавших «винтили», оттаскивали от их торговых точек. Не помогли даже вывешенные в витринах портреты Путина: безжалостный ковш не разбирал, где портрет вождя, а где реклама шаурмы. Утром мнение москвичей разделилось: одни сожалели о произошедшем, других вполне устраивало объяснение, полученное от Собянина и его подчинённых. Мол, сносился «самострой», угрожавший безопасности людей. И вообще, нагромождения палаток разной степени капитальности - это некрасиво.

С последним ещё можно согласиться. Действительно, импровизированные торговые городки у станций метро и на других свободных пятачках Москву не красили – это скажет любой, побывавший в столице. Но если уж на то прошло, надо признать: главный город России в целом представляет собой не слишком радостное зрелище. Обилие новостроя в стиле «русского кича», заслоняющего старинные здания, в значительной мере уничтожило исторический облик города. Впрочем, об этом говорилось уже неоднократно архитекторами самых разных мастей, потому не буду повторяться.

Куда интересней вопросы, связанные с правами людей и их реализацией. Юридически частная собственность в современной России охраняется законом, но история с ночным сносом вновь показала своеобразный подход властей к правоприменению. Уже в первый день после проведённой «спецоперации» стало ясно, что многие снесённые строения стояли на земле, принадлежавшей застройщиками или взятой ими в долгосрочную аренду. Стали говорить, что далеко не всё было «самостроем» - здания и павильоны, оказывается, проходили все официальные процедуры. Это сперва подтвердил предшественник Собянина – Юрий Лужков, а затем и нынешний градоначальник. Правда, косвенно, произнеся знаковую фразу: «нельзя прикрываться бумажками о собственности».

 

Выходит, что государство в лице руководства города федерального значения по своему усмотрению уничтожило частную собственность людей. Не выплатив им при этом никакой компенсации. Господа, это диагноз. Окончательный и бесповоротный, который должен развеять любые иллюзии, порождаемые многочисленными разговорами про необходимость поддержки малого предпринимательства.

Одним из краеугольных камней развитого общества, перешедшего от феодализма к капитализму, уже много веков является принцип неприкосновенности частной собственности. Социальные эксперименты в духе попытки построения коммунизма показали: если у людей нет своей собственности, которую можно преумножать без опасения лишиться нажитого собственным трудом, они очень быстро теряют энтузиазм и скатываются в апатию. Следствием, которой становится низкая производительность труда, повальное воровство и бесхозяйственность. И это объяснимо. Кто захочет откладывать на будущее или вкладываться в бизнес, не будучи уверен, что завтра не отберут сбережения?

После начала промышленного переворота концепция неприкосновенности частной собственности прочно интегрировалась в право западных государств. Настолько, что в конце девятнадцатого - начале двадцатого столетия пришлось модернизировать законодательство, трансформировав этот принцип из абсолютного в относительный. Развитие технологий, необходимость строительства новых инфраструктурных объектов (железных дорог, аэропортов, телеграфных линий, ЛЭП и прочего) тогда вступили в противоречие с нежеланием собственников пускать государство на свою землю. В результате достигли компромисса: в исключительных случаях ради общественного блага частная собственность может быть отторгнута – но только в судебном порядке и при условии выплаты компенсации надлежащего размера.

История с ларьками показала: в России всё ещё не изжито феодальное мышление, в рамках которого трогать нельзя лишь собственность привилегированных сословий, а крепостные пользуются своим скарбом лишь постольку, поскольку на то есть барская воля.

Если кто и сожалел о сносе построек, то в основном потому, что теперь не будет возможности, выскочив из метро, закинуть деньги на баланс телефона или перекусить беляшами с кофе. А вот то, что на землю, приобретённую людьми, под покровом темноты вторглись государевы люди на экскаваторах, не тронуло никого. Действовали они, к слову, столь же беспардонно, как  их коллеги времён Ивана Грозного. Чего только стоит уже разошедшийся по интернету ролик с попыткой сноса павильона, в котором находились люди. Характерным является прозвучавший в нём комментарий «правоохранителя»: «их предупреждали».

Пахнуло резким амбре средневековья и от поведения людей, пострадавших памятной ночью. Кто-то словно обереги выставлял в витринах портреты Путина, надеясь, что его минует гнев государевых слуг. Кроме таких радикальных мер защищать свою собственность пытались смехотворными угрозами обратиться к вышестоящим властям. Ни дать ни взять – рассуждения в духе «царь хороший – бояре плохие». Торжество феодального мышления в отдельно взятой стране. Причём на всех уровнях.

И это очень всё очень опасно. Пренебрежение институтом частной собственности приведёт к тому, что следующим шагом после сноса коммерческой собственности может стать, к примеру, выселение людей из приватизированных квартир, конфискация имущества по любому поводу. Постепенно сформируется два типа правовых норм – для элиты и для простых смертных. Сегодня мы уже видим признаки этого – пока лишь в вопросах правоприменения. Но я не удивлюсь, если скоро начнётся  формализация на бумаге. И всему будет найдено благопристойное объяснение – красота городов, безопасность жителей, защита детей, пополнение пенсионного фонда. Помните, с чего начиналось запретительное бешенство Роскомнадзора? С идеи блокировать сайты с детской порнографией для защиты наших чад. Педофилов с тех пор меньше не стало, а вот перечень оснований для блокировки ресурсов всё время расширяется и расширяется. С молчаливого согласия новых крепостных. Чай, боярам лучше видать, что мужику надобно, не так ли?

Лишь одно обстоятельство дарит мне надежду: за последние двадцать пять лет в России люди успели почувствовать на себе тлетворное влияние капитализма. Они поняли, что значит работать и зарабатывать не только на еду, но и на обычные для современного цивилизованного мира вещи, такие как бытовая техника, качественная одежда и хороший отдых. Обычные мещанские радости, которые, в отличие от пресловутой духовности,  измеримы и хорошо ощутимы каждым в отдельности. Люди почувствовали вкус к жизни, и лишить этого ощущения их будет уже не так просто.

В конце концов, ещё Макиавелли писал: «чтобы  избежать  ненависти,   государю необходимо воздерживаться от посягательств на имущество граждан и подданных и на их женщин… ибо люди скорее простят смерть отца, чем потерю имущества».

Мудрый был человек.

А.В.К.

21 января российский президент Владимир Путин раскритиковал идеи Ленина, заявив, что они «в конечном итоге привели к развалу Советского Союза… Там много было мыслей таких: автономизация и так далее… Заложили атомную бомбу под здание, которое называется Россией, она и рванула потом". Давайте разберёмся, насколько прав президент.


Не автономизация вовсе…


Начнём с фактической ошибки, которую в своём высказывании допустил Путин. Идея автономизации принадлежит Сталину, Ленин отстаивал принцип федеративности Советского союза. Разница состояла в том, что автономизация предполагала включение национальных республик в состав РСФСР, а противостоящая её концепция – создание нового государства как их союза. В итоге, именно в таком виде и сложился СССР.
Предположим, Путин просто не владеет в должной мере терминологией, но, критикуя выбор Ленина в пользу федерации, он ставил ему в пику строчку союзного договора, дававшую республикам право на свободный выход из состава СССР. Именно этим правом они воспользовались в 1991 году, расходясь по разные углы. Что же, с формальной стороны вопроса, с Путиным можно согласиться: юридическое основание на независимость национальным республикам предоставил именно Ленин в двадцатых годах. Однако, здесь есть пара «но».

Во-первых, СССР был федерацией лишь на бумаге. Сталин, придя к власти, воплотил в жизнь идею о централизованном государстве, где все бразды правления находятся в руках центра. Распад Советского Союза стал возможен не из-за пункта в договоре, который на практике соблюдался даже меньше, чем любая из советских конституций, а из-за неспособности Москвы справиться с системным кризисом, в который погрузилась страна.


Во-вторых, Ленин вовсе не был поборником идеи национальных автономий и самоопределения как такового, поскольку считал, что «лозунг рабочей демократии не «национальная культура», а интернациональная культура демократизма и всемирного рабочего движения». Создание СССР в том виде, в котором он появился на свет, было тактическим манёвром, призванным в непростой ситуации начала двадцатых годов успокоить национальные элиты и добиться их согласия на объединение.


Дело в том, что возникновение Советского Союза шло далеко не гладко и безоблачно. Большевики крепко держали власть в России – но на окраинах бывшей империи их положение даже после победы в Гражданской войне оказывалось шатким. Ещё существовала достаточно влиятельная оппозиция в лице меньшевиков, эсеров, партий националистического толка, на сторону которых в любой момент могли перейти «колеблющиеся элементы». Разногласия существовали и внутри РКП(б). На широкой автономии настаивали украинские большевики, в Грузии споры по поводу условий вхождения республики в состав нового государства и вовсе привели драке между местными политиками и гостями из Москвы. Фоном для этих споров служили вспыхивавшие в стране антибольшевистские восстания; на Дальнем Востоке ещё шла война, а в Средней Азии бурно цвело басмачество. В таких условиях федерализация становилась гарантией уважения интересов национальных элит, и, вероятно, единственным реально осуществимым способом создания государства без развязывания очередной войны. По словам самого Ленина, это была уступка представителям национального пролетариата, призванная сгладить «ту подозрительность, те обиды, которые в историческом прошлом нанесла ему правящая великодержавная нация».


Что же рвануло?


Теперь об «атомной бомбе под Россией», и о том, кто же её подложил. СССР развалился не в один момент, он шел к своему бесславному концу долгие годы. И, вопреки расхожему мнению, всё началось не с Горбачева, который лишь пытался остановить разложение государства, к его времени зашедшее уже слишком далеко. Симптомы приближающегося краха ощущали уже в 1960-х годах, и если бы не благоволившие партийной номенклатуре цены на нефть, гроза могла разразиться на полтора десятилетия раньше. Ни одному из правителей страны Советов так и не удалось решить проблем, вгонявших её экономику в могилу – справиться с низкой производительностью труда, высокой себестоимостью производства, нарастающим дефицитом товаров и коррупцией. Порождены они были мертворождённой сталинской командно-административной экономикой, в которой наличествовало принуждение, но почти полностью отсутствовали стимулы для труда и жесточайше подавлялась частная инициатива. Такая экономика худо-бедно справилась с созданием тяжёлой промышленности, положив на её алтарь миллионы жизней. Однако когда речь зашла не о чугуне, а о потребительских товарах, система начала пробуксовывать.


Конечно, военный коммунизм был ни чем не лучше, если не хуже. Однако сильная сторона Ленина состояла в умении признавать собственные ошибки и делать шаг назад. На смену военному коммунизму пришла Новая экономическая политика, на создание которой дали карт-бланш «старорежимным» специалистам. Среди них был прекрасный экономист Чаянов, собаку съевший на сельском хозяйстве, наркомфин Сокольников, окончивший профильную докторантуру в Сорбонне, и, без преувеличения, мировая звезда экономической науки – Николай Дмитриевич Кондратьев. Не в пример дням сегодняшним, НЭП дал поразительный эффект: за четыре года были в основном достигнуты показатели довоенного 1913 года, а советский золотой червонец стал последней в нашей истории свободно конвертируемой валютой.


Период Новой экономической политики был одним из любопытнейших в отечественной истории. Новая власть сохранила, как тогда говорили, «командные высоты» в экономике и политике, но отпустила вожжи в отношении малого и среднего предпринимательства. Была проведена приватизация, открыты рынки, объявлена свобода торговли. Член Политбюро Николай Бухарин обращался к крестьянам с лозунгом «Обогащайтесь, накапливайте, развивайте своё хозяйство!», заметив при этом, что «социализм бедняков — это паршивый социализм». Не сверни сталинское руководство эту политику в конце двадцатых готов, то Советский Союз стал бы совершенно иным государством. Ближайший аналог из приходящих на ум – современный Китай с его однопартийной системой и развитым рыночным хозяйством. Не самый плохой вариант. И уж точно не тот, который можно охарактеризовать как «атомную бомбу» под зданием государства.

 

«В любой непонятной ситуации критикуй Ленина»

 

Самое любопытное, на мой взгляд, состоит в том, в каком контексте посыпалась критика на «вождя мирового пролетариата». Она стала ответом цитате директора Курчатовского института Михаила Ковальчука из творчества Бориса Пастернака, в которой говорилось о роли Владимира Ленина в годы Октябрьской революции: «И вот, его увидев в яви, я думал, думал без конца об авторстве его и праве дерзать от первого лица… Ответ такой: он управлял теченьем мысли и только потому — страной». После этого последовал призыв найти в России организации, которые должны «управлять течением мысли» в определенных направлениях.


В чём Путин достиг мастерства, так это в своей витиеватой риторике. В который раз он вещает о важности, о приоритетном значении поддержки исследований и исследователей – и всё это происходит на фоне настоящей катастрофы в отечественной науке. На практике вся «поддержка» выливается либо в елейные речи, либо в создании очередных сомнительных контор типа Сколково – не дающих плодов, однако позволяющих осваивать бюджетные деньги. Тем временем распродаётся имущество научных учреждений, им навязываются «эффективные менеджеры» - полные профаны в науке, но поднаторевшие в разделе материальных активов. А, самое главное, не делается ничего для создания кадрового резерва российской науки. Разрушенная система образования не позволяет готовить квалифицированные кадры, те самородки, что дотягиваю до аспирантуры, всё чаще бросают науку из-за зарплат, о которых даже знакомым без стыда не скажешь.


Ситуация катастрофична. Если ничего не изменится – а оснований для этого я не вижу – то вскоре мы можем забыть о том, что когда-то наша страна претендовала на лидерство в науке и технике. Академики понимают это, и, как могут, доносят до власти вои мысли.


А в ответ получают критику Ленина. Ильич-то не ответит. Правда, точки над «i», в конце концов, расставит история. И явно не в пользу Путина. Ведь, в отличие от товарища Ульянова, он не сможет похвастаться хотя бы аналогами «Ликбеза», «ГОЭЛРО», или же экономическими успехами НЭПа.


В общем, так и хочется закончить цитатой из классика: «а судьи кто?»
А.В.К.

 

Понедельник, 18 Январь 2016 14:15

ЛИХИЕ ДЕВЯНОСТЫЕ – ТАК ЛИ СТРАШЕН ЧЁРТ?

Один из главных аргументов, которые используют апологеты действующего в России режима, отвечая на критику в его адрес: «вы что, хотите, чтобы вернулись лихие девяностые»? Но давайте взглянем на это десятилетие с холодным умом, без лишних эмоций.


Последнее десятилетие двадцатого века и в самом деле оказалось не самым лёгким для страны. Экономические кризисы, острая политическая борьба, бандитизм – всё это и вправду было. Однако в сытые двухтысячные для решения задачи укрепления власти путинской «стабильности» (которой уже и не пахнет) противопоставлялся ельцинский «хаос». В итоге минувшее десятилетие силой пропаганды демонизировали. Фактически, его превратили в жупел для масс, преисподнюю с вечными муками, из которой нас вывел спаситель-президент.


Однако задумайтесь вот над чем: «лихие девяностые» - это всего лишь сравнительно небольшой промежуток времени с декабря 1991 года, когда развалился Советский Союз, до 31 декабря 1999 года, когда в отставку ушел Борис Ельцин. Причём это были очень разные годы, и далеко не всё в них столь уж беспросветно.


Начнём с того, чем запомнилось начало десятилетия: пустые прилавки, километровые очереди, жизнь впроголодь. Ужасно? Безусловно. Но является ли это порождением лихого десятилетия? Вовсе нет. Тяжелейший кризис начала 1990-х был порождён не гайдаровскими реформами, не развалом СССР, и даже не перестройкой Горбачева, который лишь пытался преодолеть последствия системного кризиса, охватившего советское государство с начала 1980-х годов. Крайне неудачно по целому ряду причин, углубляться в которые сейчас не будем. Нам важно лишь то, что то катастрофическое положение в экономике, сложившееся в начале существования Российской Федерации, является наследием просчётов и ошибок советского руководства.


Признание этого факта подводит нас к следующей мысли: при всей неоднозначности реформ первых лет самостоятельного существования России, правительству за несколько лет удалось справиться по крайней мере с одной из проблем, перед которой спасовали правители предыдущих лет. А именно – наполнить полки продовольственными товарами в кратчайшие сроки.


Другим несомненным достижение эпохи можно назвать создание условий для развития малого предпринимательства. Практически с чистого листа в стране возник и начал расти частный сектор, который, в условиях неизбежного краха командно-административной экономики с её покровительством по отношению к предприятиям, зачастую не конкурентоспособным, стал средством спасения многих людей от нищеты. Безусловно, процесс трансформации экономической системы проходил болезненно – однако уже к 1995 году ситуация в целом стабилизировалась. Хотя кризис 1998 года больно ударил по стране, уже в 1999 году начался выход из него, просевший уровень жизни населения стал постепенно выправляться. Этому во многом способствовало относительно либеральная политика правительства по отношению к бизнесу. Кризис не только привёл к банкротству одних компаний, но и расчистил дорогу для других – как это бывает в странах с развитой рыночной экономикой. Так, например, именно в это время на Дальнем Востоке стал формироваться развитый и конкурентоспособный рынок сухих строительных смесей. И всё это – прошу особо отметить – при ценах на нефть в районе 17 долларов за баррель, а в 1998 году – 9,1 долларов.


Нынешний кризис в России начался в 2008 году. Прошло уже восемь лет, а страна, не успев оправиться от него, погрузилась в новую депрессию. Восемь лет – сколько продлились все «лихие девяностые». А впереди нас не ожидает ничего хорошего. Ведь – в отличие от 1998 года – сегодня мы во многом растеряли интеллектуальный потенциал из-за снижения уровня образования, зарубежных инвестиций ждать не приходится, а административные барьеры, налоговое бремя и – самое главное – коррупция подавляют предпринимательскую инициативу.


Конечно, можно вспомнить приватизацию, позволившую немногим людям со связями или махинаторскими талантами сколотить огромные капиталы, за гроши, скупив бывшее государственное имущество. Тем не менее, и тут надо признать, что степень концентрации капитала в 1990-е годы оказалась существенно ниже, чем сегодня. Например, на нефтегазовой рынке существовало, куда большее количество игроков, чем сегодня, и доля каждого из них была меньше. Не стоит тешить себя иллюзиями, что современное доминирующее положение государственных Роснефти и Газпрома означает, что их доходы идут на благо российского народа: миллиардные состояния их президентов, Сечина и Миллера, хорошо демонстрируют, что по сути своей это частные предприятия, работающие только на себя.


В этом суть современного российского дикого госкапитализма, который обирает людей, за частую, не хуже мошенников. Вспомним самый известный пример финансовых пирамид 1990-х годов: «МММ». Судом пострадавшими были признаны десятки тысяч человек, по экспертной оценке речь может идти о нескольких миллионах. А сколько людей пострадало в результате монетизации льгот или заморозки накопительной части пенсии? Повышения тарифов на коммунальные услуги и добавления спорных строк вроде оплаты капитального ремонта? При этом между жертвами Сергея Мавроди и нашими современниками есть одна разница: у первых был выбор, отдавать свои деньги или нет.


Ещё в качестве приметы позапрошлого десятилетия любят называть бандитизм. Статистика, да и субъективные ощущения действительно показывают, что преступлений тогда было больше. Но о них и говорили чаще. И может ли хоть кто-нибудь вспомнить историю, подобную делу «Рособоронсервиса», когда виновников разоблачили, публично осудили, а потом просто оправдали? В девяностые многих возмущал разгул организованной преступности, то, что криминальная «братва» рвалась в высшие эшелоны власти. Сегодня борьба с «авторитетами» как-то не заметна. Но не потому ли, что «братва» к власти дорвалась? Недавний скандалы заставляют задуматься об этом.


Резюмируя выше сказанное, хочу отметить: нет, 1990-е ни в коем случае не были райскими годами. Это было сложное время – иначе и не могло быть в момент слома старых устоев и болезненного зарождения новых. Но они не так ужасны, как нам сегодня стремятся представить прошлое люди, сами занимавшие не последние посты в правительстве тех времён. Концентрация внимания на негативе, постоянное запугивание людей – это один из опорных стержней современной российской пропаганды. А между тем, ветер перемен, веявший над страной в последнее десятилетие двадцатого века, разносил семена нового общества. Не все они проклюнулись, не все возможности были реализованы. Но даже немногочисленных плодов «лихого» десятилетия хватило, чтобы изменить Россию.


А.В,К.

 

На днях запустили единый тест по истории. С треском, техническими проблемами - но это не важно. Результаты пока неизвестны, но я их предскажу и так: всё очень плохо.

В нашей стране люди не знают истории. Не только те, кто с пренебрежением считает её набором бессмысленных дат, которые никогда в жизни не понадобятся. Но и люди, достаточно старательно проходившие школьную программу. Потому что в образовательных учреждениях нам дают не историю, а лубок, в котором талантливый, смелый, трудолюбивый русский народ под предводительством мудрых лидеров сквозь века пробивается к светлому будущему. Конечно, бывают лидеры не шибко умные, бывают подлецы среди народа. Бывают совсем непонятные, не вписывающиеся в общую картину вещи – революции, бунты против правителей, распад СССР. Но это воспринимается скорее как отклонение от нормы. А так - великая культура, сплошь оборонительные или справедливые войны, защита слабых и угнетённых.

Но так не бывает. История это не красивая картинка, не героическая сказка с благородными витязями и коварными ворогами. За каждой победоносной войной стоит кровь и пот обычных солдат, горе семей, потерявших близких. Триумф завоевателей - это горе побеждённых. Величественные дворцы покоятся на костях людей. Промышленный переворот имеет своё исчисление в оторванных руках детей-рабочих, оборотной стороной индустриализации является разорённая деревня и подневольный труд заключённых трудовых лагерей.

Настоящая история - это не летопись триумфа правителей, а эволюция человеческого общества, лишь малой частью которого является государство. Один из ключевых сюжетов этой подлинной истории - борьба людей за свои права, самые элементарные из которых во все времена приходилось силой вырывать из рук властных элит. Ни разу ни один правитель с начала времён не даровал по доброте душевной своим подданным толику свободы. Ведь сделать так - значит признать, что между великолепным Тобой и презренными Ними разница куда меньше, чем ты привык думать. Всегда принятие конституций, разрешение выборов, свободы слова, вероисповедания совершалось под давлением снизу.

Видный деятель эпохи Просвещения Томас Джеферсон сказал: "Дерево свободы нужно поливать время от времени кровью патриотов и тиранов". Как один из создателей США, рождённых в войне за независимость против бывшей метрополии, он знал, о чём говорил. Но для среднестатистического россиянина его имя не значит ничего - так, "какой-то америкос". Точно так же ничего не значат имена Радищева, Новикова, Герцена и многих других соотечественников.

Самое страшное, что для этих людей ничего не значат миллионы крепостных, столетиями умиравших в тридцать лет от недоедания и хронических болезней; вечноотданные рабочие мануфактур, надрывавшиеся от непосильного труда на положении рабов; мужчины и женщины, расстрелянные в кровавое воскресение за такие "кощунственные" просьбы, как 8-часовой рабочий день и свобода вероисповедания. Да у нас уже успели забыть о полутора сотнях погибших в Москве каких-то 22 года назад.

И это забвение сознательное. Потому как если знать историю, помнить её такой, какая она есть, то становится стыдно и неловко за то, что было, и что происходит сейчас

Нет уж, лучше ещё раз посмотрим лубок.

P.S.: Кстати, попытавшись честно пройти тест с 4 (!) устройств, мы потерпели фиаско. Как это обычно бывает — подготовка к, важному по своей сути, мероприятию оставила желать лучшего и сайт теста просто упал под натиском желающих его пройти. А сколь велик был список организаторов! Не смогли.


А.В.К.

Хабаровскx Хабаровский крайx Дальний Востокx аналитикаx Платонx Дальнобойщикиx поборыx олигархиx Кремльx Чиполлиноx налогиx инфляцияx экономическая грамотностьx здоровье гражданx традицииx традиционные ценностиx импортозамещение x гражданское обществоx

Признаюсь, что первоначально, садясь за статью, я собирался разразиться потоком гневных речей. Но затем понял, что про скандальную систему взимания платы сказано так много плохого, что пора показать её позитивную сторону.

Чем хорош «Платон»?

Аргумент первый: «Платон» приближает нас к сказке.

Признайтесь: хотя бы раз в жизни, пусть даже в далёком детстве, каждому из нас хотелось попасть в сказку. Хотя бы на минутку оказаться в мире волшебных приключений, отважных героев, рушащих козни коварных злодеев. Знаю, что хотелось.

Поздравляю – теперь мы все на шаг ближе к осуществлению заветной мечты: с введением «Платона» наша реальность стала сильнее походить на волшебный мир, созданный фантазией Джанни Родари. Тот, где живёт принц Лимон, графини Вишни, сеньор Помидор и множество овощей.

Налог на воздух пока ещё не введён, но в появившихся недавно сборах уже проявляются его анатомические черты: безумно дорогая плата за то, чем раньше пользовались просто так. Так что, не ровен час, мы всё же дождёмся наступления по-настоящему сказочной жизни.

Аргумент второй: «Платон» отдаёт дань традиции

В последние годы довольно часто приходится слышать о необходимости возврата к традиционным ценностям. Новая система взимания платы оживляет если и не ценность, то, по крайней мере, управленческую традицию далёкого прошлого – откуп. Суть откупа состоит в передаче государством права взимания налогов и сборов частным лицам. Исторически распространение подобной системы было связано с отсутствием достаточно развитого управленческого аппарата, способного должным образом контролировать сбор денег с населения. В этих условиях государства вынужденно прибегали к услугам третьих лиц, бравших на себя нелёгкий труд выколачивания налогов и сборов. Конечно же, не безвозмездно: на каждую монету, отправленную в казну, приходилось две-три, шедшие в карман откупщику. Зная это, правители во все времена по возможности старались ставить на откуп проверенных людей, по возможности – своих друзей.

Кстати, в свете выше сказанного, название «Платон» видится очень удачным, ведь оно отсылает нас к эпохе античности, в Древнюю Грецию, где откуп являлся распространённой практикой.

Аргумент третий: «Платон» делает вклад в импортозамещение.

С тех пор, как упали цены на нефть, а против ряда особ, приближённых к власти и госкорпораций были введены адресные экономические санкции, их доходы упали. Эти досадные потери, по-видимому, решено было возместить за счёт отечественного производителя.

Нам обещали импортозамещение – и мы его получаем. Упали цены на нефть? Что ж, поднимаем цены на бензин. Европейцы отказались от увеличения объёмов закупаемого газа? Самое время «заморозить» пенсии и урезать зарплаты бюджетникам. Теперь вот «Платон» - ещё один способ компенсировать пересыхание денежного потока эпохи «стабильности».

И это правильно. В конце концов, когда вокруг одни враги, мы не можем показать свою слабину – например, опустившись на строчку ниже в рейтинге стран с самым большим количеством долларовых миллиардеров. В этом наша особая, предками данная мудрость народная – не можешь гордиться собственной крепостной хатой, гордись усадьбой своего барина.

Аргумент четвёртый: «Платон» поддержит здоровье граждан

Как, спросите вы? Очень просто. После полноценного введения системы в действие, транспортные расходы резко вырастут, а вслед за ними подскочат цены буквально на всё – одежду, бытовую технику и, конечно же, еду. Как это уже случалось, народ отреагирует единственно возможным способом: станет больше экономить. В том числе за счёт массового возврата к огородничеству.

Труд на свежем воздухе, экологически чистые овощи и фрукты, не знавшие китайских пестицидов, коварной турецкой земли и неблагодарных восточноевропейских рук, забывших о своей былой принадлежности к соцлагерю – всё это, несомненно, пойдёт на пользу людям. Оздоравливающий эффект физических нагрузок будет идеально гармонировать с долгожданной оптимизацией системы здравоохранения. Лишние больницы уберут, лишних врачей сократят, скорая станет платной – ведь пользоваться её услугами, очевидно, станут лишь лентяи, не захотевшие укреплять иммунитет физическим трудом на грядках.

Аргумент пятый: «Платон» помогает формированию гражданского общества.

Позволю себе процитировать слова Владимира Путина, произнесённые им в октябре этого года на заседании президентского Совета по развитию гражданского общества и правам человека: «Все больше людей стремятся быть сопричастными к общественным инициативам, и такой активный рост гражданского самосознания, конечно, важно и нужно поддержать, поощряя и особо отмечая тех, кто на протяжении многих лет подает примеры искреннего и самоотверженного служения людям».

Вне всякого сомнения, система «Платон» подхлестнула рост гражданского самосознания среди населения, по крайней мере – среди представителей одной профессии, дальнобойщиков. Простые работяги, до того державшиеся в стороне от всякого рода протестов и общественных движений, внезапно обнаружили у себя спавшие таланты к самоорганизации. Давненько у нас не было общероссийских забастовок с походом на Москву – на память приходят разве что стучащие касками шахтёры из 1990-х годов.

Невольно начинаешь задумываться: а вдруг введение «Платона» - очередная гениальная многоходовка, направленная на поддержку формирования гражданского общества, о которой столько говорилось с высоких трибун?

Аргумент шестой: «Платон» повысит экономическую грамотность населения

Нет, я не ожидаю, что все сядут за учебники и разберутся, наконец, почему нельзя просто взять и всё поделить, нельзя напечатать денег столько, сколько хочется, и чем же на самом деле поддерживается курс доллара. Но есть шанс, что в головах людей выстроится простая цепочка причинно-следственных связей между потерей госкорпорациями части многомиллиардных доходов, введением новых сборов, ростом цен и резким сокращением денег в карманах. Теплится надежда, что люди в массе своей перестанут воспринимать происходящее в верхах как картинки из параллельной реальности, никак не пересекающейся с их повседневной жизнью. Если это произойдёт, то в головах начнут формироваться интересные вопросы, а, как известно, правильно поставленный вопрос – половина ответа.

Кроме шуток

На самом деле происходящее не оставляет особых поводов для веселья. Потому как впереди нас ожидает весьма серьёзное повышение цен. Хотя представители властей поспешили заявить, что введение «Платона» не повлияет на инфляцию, это не более чем жонглирование терминами. Да, в обыденном представлении «инфляция» - то же самое, что рост и цен. Но на самом деле речь идёт о разрастании денежной массы в обороте, и изменение цифр на ценнике – лишь одно из её последствий. Новые поборы с дальнобойщиков денежную массу действительно не увеличат, тут власть имущие правы. Они приведут к росту себестоимости всех товаров за счёт транспортных издержек. Но для кошельков покупателей нет принципиальной разницы, по какой причине они стали истончаться.

В то, что «Платон» хоть тушкой, хоть чучелом протащат на российские дороги, я не сомневаюсь. Стихийное возмущение дальнобойщиков сойдёт на нет, люди растеряют пыл, отсутствие опыта сделает неэффективными формы протеста. Рассуждения о том, что путинская Россия знала примеры, когда под давлением широких масс населения власть шла на попятную, кажутся мне слишком оптимистичными.

В 2004-2005 годах, когда прошли протесты против монетизации льгот – а именно в их сторону кивают оптимисты - была совсем иная внутриполитическая ситуация. Кремль ещё не выстроил пресловутую вертикаль власти, в регионах ещё выбирали губернаторов, и даже не до конца разорвали «красный пояс» из субъектов федерации, которыми руководили члены КПРФ. Иными словами, власть чувствовала себя куда менее уверенно, чем сегодня, и к проявлениям недовольства периодически прислушивалась.

Совершенно иным был и масштаб протестов, поскольку монетизация льгот напрямую затрагивала куда большее число людей, чем система «Платон». Сегодня под непосредственный удар попали только дальнобойщики, все остальные почувствуют на себе косвенное воздействие нововведения позднее. И не все свяжут одно с другим – по крайней мере, сразу. Учитывая, что люди в России, к сожалению, живут по принципу «моя хата с краю, ничего не знаю», никакого резкого всплеска протестных настроений это не вызовет – поворчат и успокоятся. На то весь расчёт

Наконец, начало 2005 года было ближе к единственным по-настоящему альтернативным выборам в нашей стране, чем к дню сегодняшнему. В Кремле ещё оглядывались на события 1996, 1993 и 1991 годов, когда удержание власти различными политическими силами целиком зависело от того, на чьей стороне выступят люди. И это откладывало свой отпечаток на взаимоотношение власти и общества.

Сегодня ситуация в корне изменилась. Кремль нащупал стратегию, которая позволяет отвлечь внимание от происходящего внутри страны. Пока люди с упоением смотрят по телевизору реалити-шоу о вставании с колен под героическую музыку и борьбу против мешающей этому пятой колонны, в их карманы залезают всё глубже. И даже если кто-то почувствует шевеление чужой руки за пазухой, он будет терпеть ради сохранения иллюзии величия. Боюсь, что от дальнобойщиков с их проблемами отмахнётся не только власть, но и общество.

Так может продолжаться очень долго. В конце девятнадцатого-начале двадцатого века страну на протяжении пары десятилетий сотрясали периодические забастовки. Да ещё какие! Порой работу прекращали до четверти миллиона человек! Только вот чужие проблемы и тогда, и сейчас никого не трогали. Понимая это, власть не спешила идти на попятную. Не станет и сегодня.

А.В.К.

Страница 7 из 10
OSense O-Sense


Ещё новости

Разработано совместно с Eco-Joom.com