Протесты, протесты, протесты — как же привычно уже наблюдать ежедневный бунт толпы, разгорающийся тут и там всю эпоху современного человека? В этом смысле Франция всегда была страной передовой, увлеченной и искусной, умеющей делать романтические образы из уличных беспорядков, но чего ожидать от нации прошедшей крещение у руин Бастилии и по сей день чтущей “Марсельезу” своим гимном?

Нынешние протесты проходят на фоне другого примечательного инфоповода — Евро-2016, однако в отличии от футбольных страстей уличные столкновения французского рабочего класса с “социалистическим” правительством выглядят и являются более глубокой проблемой. Как же получилось так, что полиция защищает левых от левых? Вероятно, что для ответа стоит углубиться в исторические корни французской политики — ей не свойственна строгая категориальность с конца XVIII века, пестрый хвост из партий давно украшает “Галльского петуха”, и это не пустая болтовня, ведь речь идет даже не о сравнении с однопартийными диктатурами или двухпартийными системами Британии и США, но многообразие политических сил Франции куда обширнее многообразия стран участниц того же футбольного чемпионата. Поэтому нет ничего удивительного в том, что оппозицией социалистам в этой стране могут стать другие социалисты, как более так и менее радикальные. Впрочем, это плод и гарантия свободы, но вместе с тем средство консервирования республики, ведь политические коротышки никак не могут объединиться для насаждения своих перемен, которых Франция в целом не видела с конца 60-х.

Поводом для нынешнего витка беспокойства стала реформа трудового законодательства, которая была принята в танце Франции с Евросоюзом и фактически поменяла благополучие рабочих на экономическое развитие. Нельзя сказать что ситуация нова — в соседней Англии отлично помнят подобие такой политики выразившееся в лице Маргарет Тэтчер, похороны которой стали трауром для представителей высшего класса и веселым карнавалом для шахтеров, бюджетников и меньшинств. Французы же, отличающиеся обостренным чувством справедливости, не стали дожидаться дальнейших мер, а начали собирать подписи к петиции “Спасибо, нет”. Тогда, наверное, никто не предполагал, чем закончится размещение в сети простенького бланка. Но миллион подписей сказал сам за себя, а вот правительство это замечание проигнорировало, что и привело население на бульвары, в парки и дворики университетов. При этом бодаться протестующим приходится с весьма самонадеянным противником, ведь президент страны Франсуа Олланд прямо сказал, что уступок в его политическом кредо не предусмотрено.

К тем же, кто решил отстаивать справедливость битьем витрин и скандированием оптимистичных лозунгов, присоединились и не такие агрессивные работяги, которым палец в рот не клади, но дай побастовать. В Европе — это привычное дело. Таким образом в протесте участвует огромное количество профсоюзов, и что самое главное в стратегических сферах. Представьте себе — страна постоянно рискует оказаться без трети электричества, останавливаются нефтеперерабатывающие заводы, железные дороги, и аэропорты уже не спешат отправлять самолеты в путь. А в стране Чемпионат Европы. Не ударить в грязь лицом — невозможно.

В чем же заключается претензия, которую так настойчиво высказывает classe ouvrière, что конкретно не устроило работяг и студентов? Новый закон о труде предполагает две главные детали — увеличение рабочего дня, извлеченное из превращение стандартных 35 часов в неделю в средние, а также возможность увольнять работников, если предприятие не получало прибыли в течении одного квартала. Кому-то покажется, что в далекой Франции “бесятся с жиру”, но шутка в том что так оно и есть, только стесняться этого не стоит. Нам в России даже с “законом о труде” жизнь покажется слаще нынешней, но ведь от того, что в странах третьего мира люди работают по 16 часов как в XIX веке, никто не захочет отдавать свою, крохотную, но, пенсию и возможность ходить на перекуры. Поэтому Французы восприняли этот “социальный регресс” как пощечину и вызов на дуэль. И кто победит в ней, сказать очень трудно. Кроме того, возмущение народа вызвал тот факт, что закон был принят с нарушением демократических процедур, фактически “продавлен” властями. Ну какому сыну Пятой Республики это придется по душе? Метим в Де-Голли или сразу в Бонопарты и Бурбоны, товарищи президенты?!

Но кому уж точно не стоит обольщаться по поводу пресловутой стабильности, так это нам. Так, совсем недавно Международная конфедерация профсоюзов опубликовала Глобальный индекс прав трудящихся, и Россия заняла в нем почетное место, в раду таких стран как Китай, Индия, Иран, Беларусь и Турция. Соседство не из приятных, но хоть в топ-10 не вошли.

“Люди-ДВ”

В последнее время в стране произошло несколько переименований, вызвавших достаточно большие споры – как об их целесообразности, так и о том, чем руководствовались авторы инициатив смены имён.

Ордена Ленина царские железнодорожники

Начну с самого шедеврального, на мой взгляд, примера смуты в головах людей, озадачивающих себя столь важной для развития страны задачей, как придумывание новых названий для старых учреждений. Естественно, с последующей заменой бланков, табличек, вывесок и указателей. Речь идёт о присвоении Московскому государственному университету путей сообщения имени императора Николая Второго.

Определённую логику в этом можно углядеть: руководство университета делает реверанс в адрес собственного дореволюционного прошлого. Ведь первоначально учебное заведение называлось Императорским Московским инженерным училищем, а в период с 1913 по 1917 годы – Московским институтом инженеров путей сообщения имени Николая Второго. Недоумение вызывает лишь то, что, вспоминая про Николая, администрация ВУЗа не забывает о Сталине и Дзержинском, чьи имена также украшали официальные институтские бумаги в прежние времена. Совершенно постмодернистским выглядит вывешенный на институтской ограде плакат, с которого на прохожих смотрят все три исторических персонажа. При том, что двое из них участвовали в свержении третьего, и приложили руку к его расстрелу. С тем же успехом на одном баннере можно поместить Вавилова и Лысенко, Брежнева и Дубчека, Цезаря и Кассия с Брутом

Подобное сочетание несочетаемого весьма симптоматично для нашей страны, в которой, как сравнительно недавно объявили, «нет и не может быть никакой другой объединяющей идеи, кроме патриотизма». А патриотизм у нас, как известно, трактуется только в узком русле беспрекословной поддержки власти и всех её начинаний. С точки зрения такого «патриота» и Николай Второй, и Сталин, и Дзержинский принадлежат к одному пантеону небожителей с властного олимпа, и восхвалять их стоит одинаково. А различия в идеологии, методах, в том, как их действия отражались на людях, значения не имеют. Как не имеет значения противоестественность мешанины из новомодного показного православия и ностальгии по коммунистической идеологии, любовь к рассуждениям о собственном миролюбии и желание показать всему миру кузькину мать.

Это весьма прискорбно, поскольку демонстрирует крайне низкий знаний как истории, так и современных реалий нашего мира. В голове у людей – сплошной кавардак, они не знают, где, правда, а где ложь, и воспринимают за истину последнее слово, произнесённое с телеэкрана. Тем, кто успел вырасти в СССР, говорили про Великую Революцию и кровавый царизм – и они верили без попытки критического осмысления. Потом открыли архивы, показали оборотную сторону большевизма – и новые установки привели к бездумным плачам по «России, которую мы потеряли», в которой все мнили себя не иначе как дворянами или, на худой конец, зажиточными крестьянами, хрустящими французской булкой. Сегодня Сталина принято изображать «эффективным менеджером» - и в головах наступил окончательный кавардак, в котором словосочетание «русское православное национал-коммунистическое самодержавие» уже не вызывает даже усмешки.

Мосты и улицы

Чуть лучше ситуация обстоит с событиями, произошедшими на памяти ныне здравствующего поколения. По крайней мере, на это даёт определённые надежды протест, возникший в связи с инициативой назвать один из мостов в Петербурге в честь Ахмата Кадырова, деятеля, мягко говоря, не однозначного. Да, он сыграл определённую роль в стабилизации ситуации на Северном Кавказе. Хотя, что это за стабильность, и какую цену за неё приходится платить – предмет отдельной дискуссии. Но перед этим Кадыров являлся одним из идеологов первой войны в Чечне. Более того, во многом именно его стараниями первоначально светский чеченский сепаратизм окрасился в зелёные цвета ислама, а война за независимость от России превратилась в джихад против неверных.

На этом фоне появление в нашем крае Императорской улицы кажется совсем безобидным. Пу И, последний император Китая и номинальный правитель Манчжоу Го, в общем-то, всю жизнь был заложником ситуации и пешкой в политических играх. «Правление» в Поднебесной кончилось с началом Синьхайской революции, после чего пятилетний мальчик оказался внутри огромной золотой клетки, не имея права покидать стены Запретного города. С семнадцати лет Пу И жил на подконтрольной японцам территории, где его до поры до времени держали на коротком поводке, чтобы пустить в дело после начала второй японо-китайской войны. Это принадлежность к династии Цин стала поводом для возведения на трон Маньчжоу Го – но и в этой роли он оставался марионеткой в руках японских захватчиков. После Второй мировой войны император пять лет проводит под арестом в СССР, после чего его экстрадируют в Китай, где Пу И ожидает девять лет лагерей. Остаток жизни он провёл, работая библиотекарем и ухаживая за растениями в пекинском ботаническом саду.

Поводом для недовольства появлением Императорской улицы со стороны представителей коренных малочисленных народов Дальнего Востока являются этнические чистки, проходившие в Маничжоу Го. Я не думаю, что Пу И приложил к ним руку. Однако сомневаюсь, что название улицы в его честь – разумный поступок. Объективно, последний император Китая – фигура второго плана на историческом полотне, и пять лет, проведённых в окрестностях Хабаровска, слишком малая причина для топонимических корректировок.

Наверняка люди, стоящие за сменой табличек, думали о развитии туризма. Ведь Императорская улица и открывшаяся на ней выставка, теоретически, могут привлечь гостей из Китая. Однако Пу И у наших соседей не пользуется такой популярностью как исторический персонаж, чтобы привлечь толпы паломников на Дальний Восток России. Тем более, что в КНР куда больше мест, связанных с его именем. Развитие же туризма в России сдерживает вовсе не отсутствие достопримечательностей, а не развитая инфраструктура и низкое качество обслуживания при высоких ценах.

В общем, толку от переименования никакого. А вот обиделись дальневосточные аборигены по-настоящему. Стоило ли ради гипотетических заграничных туристов обижать реальных соотечественников? Не думаю.

Подводя черту под статьёй, хочется отметить: переименование улиц, мостов, ВУЗов – дело не хитрое. Но спешить с этим не надо – иначе вместо увековечивания имени очередного сомнительного героя можно самому влипнуть в историю.

"Люди-ДВ"

 

После выхода первой статьи мы стали чаще обращать внимание на надписи на заборах и стенах домов. Оказалось, что мы были не правы, центр города тоже исписан объявлениями о продаже наркоты. Причем пишут уже сразу адреса сайтов, на которые можно зайти только через специальный анонимный браузер. Кому надо, тот знает как. В некоторых местах такие надписи держаться по полгода.

Обходя районы города в поисках «объявлений» мы решили зайти в одну из хабаровских школ. Объясняемся на вахте и через 5 минут сидим у завуча по воспитательной работе. Педагог с интересом читает распечатку первой части статьи, а потом включается в разговор.

Валентина Николаевна, завуч:

«Наркоманов у нас в школе нет. Может быть кто-нибудь из старшеклассников и пробовал, но в систему это не перешло. Был один ученик, который приходил на уроки обкуренный, его было сразу видно. По поведению, по запаху, и по глазам, сколько бы «Визина» он не капал. В 10-ый класс он не прошел. Сейчас учится в техникуме.

Вообще, когда ребенок начинает регулярно употреблять наркотики, это видно сразу. А если в школе этого не замечают, то либо там трудятся непрофессионалы, либо там просто не хотят этого делать, чтобы не создавать новых проблем.  Ведь в школе все на виду, учителя видят детей, зачастую,  больше, чем родители. А употребление одурманивающих веществ моментально меняет подростка

Обязательное тестирование нужно в первую очередь для родителей. Многие ведь не верят тревожным вестям из школы, что их чадо стало употреблять наркотики, пока их не ткнуть носом в медицинскую справку».

После беседы с завучем спускаемся в холл. За начальной школьной школой пришли родители. С третьей попытки нам удается разговорить родителя одного из учеников.

 

 

Алексей, отец третьеклассника:

«Надо обязательно тестировать всех школьников на употребление наркотиков с 10 лет. Всех выявленных «юных наркоманов» отправлять в спецшколы. Наркомания приобретает масштаб настоящей эпидемии и угрозы национальной безопасности.  В первую очередь надо изолировать «чумных» от общества. Если малолетнего наркомана и можно исправить, то я хочу, чтобы это делали подальше от моих детей. Ведь «урод» употребляющий наркоту обязательно будет» понтоваться перед одноклассниками, предлагать «ширнуться» вместе. А от этого никакие классные часы и стенды про ЗОЖ не спасут. А как пишут, от спайса можно и с первого раза выйти в окно, или полжизни потом от психоза лечиться».

Как борются с наркотиками правоохранительные органы

Теперь давайте посмотрим, как борются с наркоманией те, кому это положено по долгу службы. Весной этого года в рамках реформы силовых ведомств  ФСКН была присоединена к структуре МВД. Процесс слияния должен был закончиться с 1 июня. На сайте регионального управления Наркоконтроля последние новости датируются мартом 2016 года. Судя по ним, хабаровские наркополицейские боролись в основном с канабинойдами. А их пресс-служба иногда выдавала такие «шедевральные» сообщения   «Исхитряется криминалитет, но и оперативная работа на месте не топчется. Совершенствуются люди, совершенствуется и техника. А в комплексе всё это называется оперативно - розыскным мастерством. Выявили, установили и доказали. Теперь «плоды» этого труда оценивают уже в суде». (орфография сохранена)

Материала про систематическую борьбу с синтетическими наркотиками, продающимися через интернет, на официальном сайте ФСКН найти не удалось.  Как отмечают эксперты, одной из причин расформирования ведомства, как раз и было её неспособность бороться с новым типом наркоугроз. Раньше ФСКН контролировало довольно замкнутое сообщество наркоманов. Там регулярно кто-нибудь, желая «заработать на дозу»,  начинал продавать «дурь».  Его со временем сдавал кто-нибудь из своих, а ФСКН ставило себе «галочку» в статистике раскрываемости.

Теперь ситуация изменилась. Как мы писали в прошлой статье, торговля через интернет полностью исключает контакт продавца и покупателя. Наркодилеры предпринимают все меры безопасности, максимально затрудняя их поиск. Поэтому для борьбы с наркотиками нужны уже не оперативники знающие «наркоманскую тусовку» и умеющие «раскалывать»  её завсегдатаев, а технари,  вычисляющие адреса и явки даже при использовании анонимных браузеров. Надеемся, таких специалистов в МВД хватает. 

Теперь посмотрим, как борется с наркотиками  МВД. Специального раздела на сайте ведомства мы не нашли. По слову «наркотики» внутрисайтовая  поисковая система сайта выдаёт множество новостей. Про синтетические наркотики и каннабинойды соотношение здесь уже примерно 50/50.

Так 14 мая задержали семейную пару, которая покупала крупные партии «синтетики» через интернет, фасовала на разовые дозы и продавала прямо у себя в квартире. В конце марта задержали 23-летнего коллектора, у которого изъяли 300 грамм синтетического наркотика. Это около 1000 разовых доз, а стоимость такой партии составляет более 1 миллиона рублей. Парень просто заказал миллионную партию через интернет. Оба задержания провели благодаря бдительности граждан. А вот новостей про задержания  интернет дилеров мы не нашли. А Вы только представьте себе, какие объемы наркотиков крутятся у них, если человеку «с  улицы» могут сразу продать 1000 разовых доз. 

 

 

Громкая история с неожиданным финалом происходила в Хабаровске с октября 2015 по март 2016 года. Началась она с задержания «организованной преступной группу медработников». Врач интерн, студент Медицинского университета и санитар морга, организовали в подсобном помещении больницы лабораторию по производству синтетического наркотика  мефедрона.  16 октября 2015 года приятелей задержали. При себе у них было 20 грамм свежеприготовленного наркотика. По оперативным данным лаборатория работала около года. Через полгода следствия суд Железнодорожного района приговорил всех троих  к трем годам лишения свободы условно (!!!) и штрафу 30 тысяч рублей. Вот такой гуманный суд, за регулярное снабжение горожан наркотиками в крупных размерах дают и условный срок, и штраф, который можно было бы погасить, продав, те самые изъятые 20 грамм мефедрона.

Такие совсем незначительные, на наш взгляд, успехи у МВД по борьбе с синтетическим наркотиками, пока Хабаровск продолжают заполонять объявления о «лучшем стафе» и «огонь курехе».

 

Валерий Верещагин специально для «Люди ДВ»

продолжение следует …



22 мая по всей стране и в Хабаровском крае прошло предварительное голосование партии «Единая Россия». В нашем регионе эта процедура обернулась грандиозным скандалом, взаимными обвинениями кандидатов, и даже может грозить расколом в партии власти. Действующий депутат ГосДумы Борис Резник, на итоговой пресс-конференция партии по итогам праймериз заявил о многочисленных нарушениях. Для подробного рассказа о фальсификациях депутат созвал свою пресс-конференцию со свидетелями и доказательствами. На этом отдельном мероприятие, кроме Резника о подвозах и подкупе избирателей, вбросах и выдворении наблюдателей с участков рассказал сопредседатель регионального отделения ОНФ Сергей Мазунин.


Но сказать можно все что угодно. К конкретным обвинениям нужны конкретные доказательства. Пока политические оппоненты ломают копья, давайте разберемся, есть ли объективные причины не доверять результатам предварительного голосования партии «Единая Россия» в Хабаровском крае.


На основе анализа результатов голосования и отдельных протоколов счетных комиссий, сравнивая их с процессом реальных выборов можно выдвинуть ряд аргументов. Они не подтверждают наличие фальсификации, но делают их весьма вероятными, а в своей совокупности может убедить в этом многих. К тому же зная о повышенном внимании к процедуре праймериз региональное отделение «Единой России» должно было всеми возможными способами избегать подобных ситуаций, но почему то этого не сделали.


1. Долгая публикация результатов.


Первые результаты праймериз озвучил Председатель Хабаровской городской думы Сергей Савков днем 24 марта. Официально о результатах объявили вечером 25 марта. На самом деле результаты были известны уже к 22.00 22 мая, когда подавляющее большинство счетных комиссий завершило свою работу и передало результаты руководству партии. Телефонная связь, интернет, в крайнем случае, факс есть сейчас даже в самой отдаленной деревне. Поэтому заявление Сергея Луговского, о том что необходимо дождаться протоколов из труднодоступных районов звучит, по крайней мере, несерьезно.
В период между тем как результаты стали известны организации, ведущей подсчет, и их публикацией, в них можно аккуратно внести изменения в пользу нужного кандидата.
На настоящих выборах время от завершения голосования до публикации результатов на вес золота. На участковых избирательных комиссиях подсчет голосов ведется не прерывно после завершения голосования. Затем составляется протокол, который немедленно доставляется в территориальную комиссию. Там первым делом результаты вписываются в увеличенную форму протокола, а потом вноситься в систему ГАС «Выборы», а оттуда автоматически публикуется в интернете. «Единая Россия» до таких высоких стандартов не дотянулась.

 


2. Большая разница в явке.


Как показывает практика, явка избирателей по всем территориям примерно одинаковая. Нет причин, чтобы люди с соседних районов Хабаровска, располагающихся через улицу, проявляли кардинально разную активность на выборах. Можно понять разницу в явке 10-20 % , в рамках одного региона. Но если в одном районе по протоколу народу проголосовало в два - три раза больше, чем в соседнем, это наталкивает на мысль, что на «популярном» участке был вброс, карусель или организованно привели людей. Еще более подозрительно, когда явка сильно различается на соседних участках.
В Хабаровском крае произошло именно так. Средняя явка по региону составила 6,2 %, в Хабаровске - 4,6 %, в районах рекордсменах доходила до 27,3 %. То есть разница составляет 600 процентов! Вероятность фальсификации подтверждается также результатами голосования, когда определенные кандидаты набирают объем голосов необходимые для победы на небольшой территории. Об этом следующий аргумент.


3. Большая разница в голосовании за кандидатов на соседних участках.


Большая разница в рейтингах кандидатов тоже может свидетельствовать о подтасовках.
В распоряжении редакции есть часть протоколов счетных комиссий из Хабаровска и Комсомольска по 70 округ. В этих двух городах проживает 75 % избирателей округа, но лидеры предварительного голосования по округу Симигин и Скобрев набрали там примерно по 4000 голосов. Остальные 4 тысячи они получили в районах с высокой явкой, то есть набрали половину голосов на территории, где проживает четверть избирателей. А например, кандидат Мальцев, занявший третье место из своих четырех с половиной тысяч три тысячи набрал в Хабаровске и Комсомольске. Пропорция здесь намного логичнее, это же касается и остальных кандидатов. Мальцев, кстати, на участках в Хабаровске стал вторым, обойдя Скобрева.
Ситуация в 69 округе аналогичная.
Кроме этого стоит отметить, что комсомольчанин Павел Симигин, набрал в Хабаровске голосов больше, чем в родном Комсомольске, хотя кампанию в краевой столице он активно не вел. Ответ на вопрос, каким образом, кандидат в своем «неродном округе», набрал больше, чем в «родном», напрашивается сам собой. Ответ этот не пользу честности праймериз.
Также из этого получается, что в Комсомольске Симигин непопулярен, не смотря на все предвыборные заявления и позиционирования себя как комсомольчанина. Так почему же он кому-то понадобился в Хабаровске?

 

 


4. Отсутствие кампании за повышение спонтанной явки.


Большего всего победе нужного кандидата на выборах мешают избиратели. Тем больше будет, так называемая спонтанная явка, тем больше надо будет приводить своих избирателей, вбрасывать бюллетеней и переписывать протоколы. На праймериз «Единой России», не смотря на заявления партийных лидеров, кампания по привлечению избирателей не велась. Расположение участков было крайне неудобное. Посмотреть адрес своей счетной комиссии можно было на специальном интернет сайте, который в день выборов работал медленно и с большими перерывами. Горячая линия регионального отделения ЕдРа с наплывом звонков не справлялась. Также никто организованно не уведомлял избирателей о месте нахождения их избирательных участков, не проводилось никаких мероприятий стимулирующих явку.
Когда на обычных выборах хотят увеличить спонтанную явку, члены участковых избирательных комиссий обходят все квартиры на их территории, лично в руки вручают приглашения на выборы. Проводят стимулирующие мероприятия. Например, на выборах Президента в 2008 году хабаровчанам раздавали дисконтные карты в магазины города, а студентам давали пригласительные в ночные клубы. В этот раз ничего подобного не наблюдалось.

5. Конфликты с наблюдателями.


Второй враг фальсификаций после высокой явки — это наблюдатели. Когда комиссия нечиста на руку, наблюдателей пытаются нейтрализовать методом кнута и пряника. Приглашают пить чай, обедать, иногда даже предлагают алкоголь. Все лишь бы усыпить бдительность. Некоторые председатели комиссий сразу пускают в ход «кнут». Наблюдателю не дают знакомиться с документами, не подпускают к месту подсчета голосов, а то и вовсе удаляют из помещения для голосования.
Именно так и поступили с наблюдателем от Сергея Мазунина на счетном участке в школе № 29. Сначала девушку не хотели пускать на участок, а потом Председатель лично отпихивал наблюдателя от стола с бюллетенями. Это конечно не является прямым доказательством, что на участке занимались фальсификацией, но если не хотите, чтобы Вас не подозревали, не толкайте наблюдателей.

 

 


6. Несовместимое количество проголосовавших и работников счетной комиссии.


В каждую комиссию входило 5 человек. При регистрации избирателей член комиссии должен был переписать в список его ФИО, адрес регистрации и паспортные данные. По самым скромным подсчетам это будет занимать 3 минуты. Голосование шло 12 часов, то есть заполняя списки весь день, не поднимая головы, 5 человек могли обслужить 1 200 избирателей. Это уже не реальная цифра, потому что, не все члены комиссии выдавали бюллетени, но явка на некоторых участках превысила даже её.


7. Фальсификации в других регионах


Фальсификации голосования были по всей России. Известный депутат Мария Максакова зафиксировала вброс на одном из избирательных участков Санкт-Петербурга. Журналист РБК поучаствовал в избирательной карусели. В соседнем Приморье избирателей подкупали зефиром в шоколаде. И таких нарушений масса.
Наличие фальсификаций в других регионах не доказывает, что они имели место в Хабаровском крае, но если бы о них заявляли, исключительно в нашем регионе, такие заявления были бы менее правдоподобные.

Валерий Верещагин специально для «Люди ДВ»

Пятница, 29 Апрель 2016 17:30

А гектар в тайге вам не нужен?

23 апреля Государственная дума приняла закон о «дальневосточном гектаре», предполагающий безвозмездное выделение земли всем желающим.

В первом чтении закон приняли ещё в декабре прошлого года, однако окончательно утвердили только сейчас. Отныне гражданин России получает право однократно безвозмездно получить гектар земли в любом из регионов Дальнего Востока. Есть, правда, некоторые ограничения. Участок должен находиться в свободном обороте и не принадлежать третьим лицам. Кроме того, земля не может быть предоставлена на территории, расположенной в границах городских округов, сельских поселений или на расстоянии не более 10 км от населенных пунктов с численностью меньше 50 тысяч человек и не более 20 км от населенных пунктов с численностью менее 300 тысяч человек. По истечении пяти лет после выдачи при условии освоения земли ее можно будет арендовать или получить в собственность. В противном случае предусмотрен механизм изъятия территории. Выдачи участков начнутся уже с 1 июня 2016 года.

Цели, которые декларируют авторы законопроекта, нельзя не одобрить: закрепление на Дальнем Востоке населения и привлечение новых поселенцев. Действительно, для региона, в котором на колоссальной территории проживает около шести миллионов человек, проблема нехватки рабочих рук стоит остро. Однако, на мой взгляд, выделение земли – совсем не тот способ, который сделает наш регион привлекательным.

Инициатива с гектаром – очевидная отсылка к историческому опыту России, к переселенческой программе, действовавшей в начале двадцатого века. Тогда крестьян заманивали выдачей обширных земельных угодий. Правительство озаботилось также беспроцентной «подъёмной» ссудой для переселенцев и организацией перевозки их семей и имущества.

Даже в таких условиях результаты оказались неоднозначными. За 1907 - 1914 годы из Европейской России за Урал переселилось 3,1 миллиона человек, из них 546 тысяч вернулись обратно, более 700 тысяч не смогли устроиться на новом месте, пополнив ряды батраков и бедняков. Полагаю, что сегодня результаты окажутся ещё скромнее. И дело даже не в отсутствии финансовой поддержки из казны, а в том, что за сто лет общество претерпело кардинальную трансформацию. Сегодня нет огромной массы крестьян, живущих в условиях хронического безземелья и считающих пашню главным источником процветания. При всём желании в России не найдётся сколько-нибудь ощутимого количества людей, которых может приманить в наш недружелюбный климат перспектива получить жалкий гектар, которого – будем откровенны – не хватит для разворачивания прибыльного сельскохозяйственного производства.

Ожидать, что те, кто уже живёт на Дальнем Востоке, бросятся поголовно реализовывать своё право на землю, тоже не стоит. Подумайте и скажите: зачем вам участок поросшей лесом целины, расположенный в лучшем случае в двадцати километрах от города, а в худшем – где-нибудь в таёжных дебрях? В глуши, до которой, из-за плачевного состояния транспортной  инфраструктуры добраться не так-то просто? Сколько времени, сил и денег вы готовы потратить на его благоустройство? И при этом помните, что через пять лет использование земли могут счесть нецелевым и лишить вас права на неё.

В общем, сдаётся мне, что никакого ажиотажа вокруг «Дальневосточного гектара» не возникнет. Найдутся, конечно, немногочисленные энтузиасты, но в целом задача закрепления и привлечения населения в регион выполнена не будет. При этом я не исключаю, что, как часто выходит, правоприменительная практика преподнесёт неожиданные сюрпризы, дав понять: декларативная и реальная цели закона – не одно и то же.

А.В.К.

Страница 5 из 10
OSense O-Sense


Ещё новости

Разработано совместно с Eco-Joom.com